serednyak: (Default)

Из речи на встрече с интеллигенцией

 

 

...Попробуйте в цехе найти чувака,

Который бы мыслил не то!

Мы мыслим, как наше родное ЦК,

И лично...

Вы знаете - кто!

 

...И пусть кой-чего не хватает пока,

Мы с Лениным в сердце зато!

И мыслим, как наше родное ЦК,

И лично...

Вы знаете - кто!

 

...Чтоб нашей победы приблизить срока,

Давайте ж трудиться на то!

Давайте же мыслить, как наше ЦК,

И лично

Вы знаете - кто!..

 

Из беседы с туристами из Западной Германии

 

...А уж пыль-то вы пускать мастера!

Мастера вы!

Да не те времена!

Мы на проценты сравним, мистера,

Так и нет у вас, пардон, ни хрена!..

Потому что все у вас -

На показ.

А народ для вас - ничто и никто.

А у нас - природный газ,

Это раз.

И еще - природный газ...

И опять - природный газ...

И по процентам, как раз,

Отстаете вы от нас

Лет на сто!

 

 

serednyak: (Default)


Когда я вернусь - ты не смейся, - когда я
вернусь,
Когда пробегу, не касаясь земли, по
февральскому снегу,
По еле заметному следу к теплу и ночлегу,
И, вздрогнув от счастья, на птичий твой
зов оглянусь,
Когда я вернусь, о, когда я вернусь...
Послушай, послушай - не смейся, - когда я
вернусь,
И прямо с вокзал, разделавшись круто с
таможней,
И прямо с вокзала в кромешный, ничтожный,
раешный
Ворвусь в этот город, которым казнюсь и
клянусь,
Когда я вернусь, о, когда я вернусь...
Когда я вернусь, я пойду в тот единственный дом,
Где с куполом синим не властно соперничать небо,
И ладана запах, как запах приютского хлеба,
Ударит меня и заплещется в сердце моем...
Когда я вернусь... О, когда я вернусь...
Когда я вернусь, засвистят в феврале соловьи
Тот старый мотив, тот давнишний, забытый,
запетый,
И я упаду, побежденный своею победой,
И ткнусь головою, как в пристань, в колени твои,
Когда я вернусь.. А когда я вернусь?
serednyak: (Default)

Поколение обреченных!

Как недавно - и ох как давно, -

Мы смешили смешливых девчонок,

На протырку ходили в кино.

 

Но задул сорок первого ветер -

Вот и стали мы взрослыми вдруг.

И вколачивал шкура-ефрейтор

В нас премудрость науки наук.

 

О, суконная прелесть устава -

И во сне позабыть не моги,

Что любое движенье направо

Начинается с левой ноги.

 

А потом в разноцветных нашивках

Принесли мы гвардейскую стать,

И женились на разных паршивках,

Чтобы все поскорей наверстать.

 

И по площади Красной, шалея,

Мы шагали - со славой на "ты", -

Улыбался нам Он с мавзолея,

И охрана бросала цветы.

 

Ах, как шаг мы печатали браво,

Как легко мы прощали долги!..

Позабыв, что движенье направо

Начинается с левой ноги.

 

Что же вы присмирели, задиры?!

Не такой нам мечтался удел.

Как пошли нас судит дезертиры,

Только пух, так сказать, полетел.

 

- Отвечай, солдат, как есть на духу!

Отвечай, солдат, как есть на духу!

Отвечай, солдат, как есть на духу!

Ты кончай, солдат, нести чепуху:

Что от Волги, мол, дошел до Белграда,

Не искал, мол, ни чинов, ни разживу...

Так чего же ты не помер, как надо,

Как положено тебе по ранжиру?

 

Еле слышно отвечает солдат,

Еле слышно отвечает солдат,

Еле слышно отвечает солдат:

- Ну, не вышло помереть, виноват.

 

Виноват, что не загнулся от пули,

Пуля-дура не в того угодила.

Это вроде как с наградами в ПУРе,

Вот и пули на меня не хватило!

 

- Все морочишь нас, солдат, стариной?!

Все морочишь нас, солдат, стариной!

Все морочишь нас, солдат, стариной -

Бьешь на жалость, гражданин строевой!

 

Ни деньжат, мол, ни квартирки отдельной,

Ничего, мол, нет такого в заводе,

И один ты, значит, вроде идейный,

А другие, значит, вроде Володи!

 

Ох, лютует прокурор-дезертир!

Ох, лютует прокурор-дезертир!

Ох, лютует прокурор-дезертир! -

Припечатает годкам к десяти!

 

Ах, друзья ж вы мои, дуралеи, -

Снова в грязь непроезжих дорог!

Заколюченные параллели

Преподали нам славных урок -

 

Не делить с подонками хлеба,

Перед лестью не падать ниц

И не верить ни в чистое небо,

Ни в улыбку сиятельных лиц.

 

Пусть опять нас тетешкает слава,

Пусть друзьями назвались враги, -

Помним мы, что движенье направо

Начинается с левой ноги!

 

1963

serednyak: (Default)

"...Итак, судья Бидо, который, кстати, превосходно проводит сегодняшнюю встречу, просто превосходно, сделал внушение английскому игроку, - и матч продолжается. И снова, дорогие товарищи болельщики, дорогие наши телезрители, вы видите на наших экранах, как вступают в единоборство центральный нападающий английской сборной, профессионал из клуба "Стар" Боби Лейтон и наш замечательный мастер кожаного мяча, аспирант Московского педагогического института Владимир Лялин - капитан и любимец нашей сборной! В этом единоборстве (кстати, обратите внимание, интересный игровой момент), итак, в этом единоборстве соперники соревнуются не только в технике владения мячом, но в понимании самой, так сказать, природы игры, в умении предугадать и предупредить самые тончайшие стратегические и тактические замыслы соперника..."

- А он мне все по яйцам целится,

Этот Боби, сука рыжая,

А он у них за то и ценится -

Мистер-шмистер, ставка высшая!

А я ему по-русски, рыжему:

"Как ни целься - выше, ниже ли,

Ты ударишь - я, бля, выживу,

Я ударю - ты, бля, выживи!

Ты, бля, думаешь, напал на дикаря?

А я сделаю культурно, втихаря,

Я, бля, врежу, как в парадном кирпичом -

Этот, с дудкой не заметит нипочем!"

В общем, все - сказал по-тихому,

Не ревел,

Он ответил мне по-ихнему:

"Вери вэл..."

"...Судья Бидо фиксирует положение вне игры - великолепно проводит матч этот арбитр из Франции, великолепно, по-настоящему спортивно, строго, по-настоящему арбитр международной квалификации. Итак, свободный удар от наших ворот, мяч рикошетом попадает снова к Боби Лейтону, который в окружении остальных игроков по центру продвигается к нашей штрафной площадке. И снова перед ним вырастает Владимир Лялин. Володя! Володечка! Его не обманул финт англичанина - он преграждает ему дорогу к нашим воротам..."

- Ты давай из кучи выгляни,

Я припас гостинчик умнику,

Финты-шминты с фигли-миглями -

Это, рыжий,- все на публику!

Не держи меня за мальчика,

Мы еще поспорим в опыте,

Что ж я, бля, не видел мячика?

Буду бегать, где ни попадя?!

Я стою, а он как раз наоборот,

Он, бля, режет, вижу угол у ворот,

Натурально, я на помощь вратарю...

Рыжий - с ног, а я с улыбкой говорю:

"Думал вдарить, бля, по-близкому,

В дамки шел?!"

А он с земли мне по-английскому:

"Данке шен!..."


"...Да, странно, странно, просто непонятное решение -
судья Бидо принимает обыкновенный силовой прием за нарушение правил и назначает одинадцатиметровый удар в наши ворота. Это неприятно, это неприятно, несправедливо и... а... вот здесь мне подсказывают - оказывается, этот судья Бидо просто прекрасно известен нашим журналистам, как один из самых продажных политиканов от спорта, который в годы оккупации Франции сотрудничал с гитлеровской разведкой. Ну, итак, мяч установлен на одиннацатиметровой отметке, кто же будет бить? а... ну, все тот же самый Боби Лейтон, он просто симулировал травму, вот он разбегается, удар!.. Да, досадный и несправедливый гол, кстати, единственный гол за всю эту встречу, единственный гол за полминуты до окончания матча, единственный и несправедливый, досадный гол, забитый в наши ворота."

Да, игрушку мы просерили,

Протютюкали, прозяпали,

Хорошо б она на Севере,

А ведь это ж, бля, на Западе.

И пойдет теперь мурыжево -

Федерация, хренация:

Как, мол, ты не сделал рыжего?

Где ж твоя квалификация?!

Вас, засранцев, опекаешь и растишь,

А вы, суки, нам мараете престиж!

Ты ж советский, ты же чистый, как кристалл!

Начал делать, так уж делай, чтоб не встал!

Духу нашему спортивному

Цвесть везде!

Я отвечу по-партийному:

- Будет сде...!


serednyak: (Default)
                "...Два вола, впряженные в арбу, медленно
                поднимались на крутой холм. Несколько грузин
                сопровождали арбу. "Откуда вы?" - спросил я
                их.- "Из Тегерана". - "Что везете?" -
                "Грибоеда".
                        (А. Пушкин. "Путешествие в Эрзерум")

Опять над Москвою пожары, 
И грязная наледь в крови. 
И это уже не татары, 
Похуже Мамая - свои! 

В предчувствии гибели низкой 
Октябрь разыгрался с утра, 
Цепочкой, по Малой Никитской 
Прорваться хотят юнкера. 

Не надо, оставьте, отставить! 
Мы загодя знаем итог! 
А снегу придется растаять 
И с кровью уплыть в водосток. 

Но катится снова и снова 
- Ура! - сквозь глухую пальбу. 
И челка московского сноба 
Под выстрелы пляшет на лбу! 

Из окон, ворот, подворотен 
Глядит, притаясь, дребедень. 
А суть мы потом наворотим 
И тень наведем на плетень! 

И станет далекое близким, 
И кровь притворится водой, 
Когда по Ямским и Грузинским 
Покой обернется бедой! 

И станет преступное дерзким, 
И будет обидно, хоть плачь, 
Когда протрусит Камергерским 
В испарине страха лихач! 

Свернет на Тверскую, к Страстному, 
Трясясь, матерясь и дрожа... 
И это положат в основу 
Рассказа о днях мятежа. 

А ты до беспамятства рада, 
У Иверской купишь цветы, 
Сидельцев Охотного ряда 
Поздравишь с победою ты. 

Ты скажешь - пахнуло озоном, 
Трудящимся дали права! 
И город малиновым звоном 
Ответит на эти слова. 

О, Боже мой, Боже мой, Боже! 
Кто выдумал эту игру! 
И снова погода, похоже, 
Испортиться хочет к утру. 

Предвестьем Всевышнего гнева, 
Посыплется с неба крупа, 
У церкви Бориса и Глеба 
Сойдется в молчаньи толпа. 

И тут ты заплачешь. И даже 
Пригнешься от боли тупой. 
А кто-то, нахальный и ражий, 
Взмахнет картузом над толпой! 

Нахальный, воинственый, ражий 
Пойдет баламутить народ!
...Повозки с кровавой поклажей 
Скрипят у Никитских ворот... 

Так вот она, ваша победа! 
"Заря долгожданного дня!" 
Кого там везут? - Грибоеда. 
Кого отпевают? - Меня! 

serednyak: (Default)

Королева материка.
Лагерная баллада, написанная в бреду

 

Когда затихает к утру пурга,

И тайга сопит, как сурок,

И еще до подъема часа полтора,

А это не малый срок.

И спят зэка, как в последний раз -

Натянул бушлат - и пока! -

И вохровцы спят, как в последний раз -

Научились спать у зэка.

И начальнички спят, брови спят,

И лысины, и усы,

И спят сапоги, и собаки спят,

Уткнувши в лапы носы.

И тачки спят, и лопаты спят,

И сосны пятятся в тень,

И еще не пора, не пора, не пора

Начинать им доблестный день.

 

serednyak: (Default)

Поколение обреченных !

Как недавно и, ох, как давно,

Мы смешили смешливых девчонок,

На протырку ходили в кино.

Но задул сорок первого ветер --

Вот и стали мы взрослыми вдруг.

И вколачивал шкура-ефрейтор

В нас премудрость науки наук.


О, суконная прелесть устава --

И во сне позабыть не моги,

Что любое движенье направо

Начинается с левой ноги.


И потом в разноцветных нашивках

Принесли мы гвардейскую стать

И женились на разных паршивках,

Чтобы все поскорей наверстать.


И по площади Красной, шалея,

Мы шагали - со славой на "ты",-

Улыбался нам Он с мавзолея,

И охрана бросала цветы.


Ах, как шаг мы печатали браво,

Как легко мы прощали долги !..

Позабыв, что движенье направо,

Начинается с левой ноги.

 

Что же вы присмирели, задиры ?!

Не такой нам мечтался удел.

Как пошли нас судить дезертиры,

Только пух, так сказать, полетел.

 

Отвечай, солдат, как есть на духу !

Отвечай, солдат, как есть на духу !

Отвечай, солдат, как есть на духу !

Ты кончай, солдат, нести чепуху :

 

Что от Волги, мол, дошел до Белграда.

Не искал, мол, ни чинов, ни разживу...

Так чего же ты не помер, как надо ?

Как положено тебе по ранжиру ?

 

Еле слышно отвечает солдат,

Еле слышно отвечает солдат,

Еле слышно отвечает солдат --

Ну, не вышло помереть, виноват.

 

Виноват, что не загнулся от пули,

Пуля-дура не в того угодила,

Это вроде как с наградами в ПУРе *),

Вот и пули на меня не хватило !

 

Все морочишь нас, солдат, стариной ?!

Все морочишь нас, солдат, стариной !

Все морочишь нас, солдат, стариной --

Бьешь на жалость, гражданин строевой !

 

Ни деньжат, мол, ни квартирки отдельной.

Ничего, мол, нет такого в заводе,

И один ты, значит, идейный,

А другие, значит, вроде Володи !

 

Ох, лютует прокурор-дезертир !

Ох, лютует прокурор-дезертир !

Ох, лютует прокурор-дезертир ! --

Припечатает годкам к десяти !

 

Ах, друзья же вы мои,дуралеи, --

Снова в грязь непроезжих дорог !

Заколюченные параллели

Преподали нам славный урок –

 

Не делить с подонками хлеба,

Перед лестью не падать ниц.

И не верить ни в чистое небо,

Ни в улыбку сиятельных лиц.

 

Пусть опять нас тетешкает слава,

Пусть друзьями назвались враги,-

Помним мы, что движенье направо

Начинается с левой ноги !


 

serednyak: (Default)

В той злой тишине, в той неверной,

В тени разведенных мостов,

Ходила она по Шпалерной,

Моталась она у "Крестов".

 

Ей в тягость? Да нет, ей не в тягость -

Привычно, как росчерк пера,

Вот если бы только не август,

Не чертова эта пора!

 

Таким же неверно-нелепым

Был давний тот август, когда

Над черным бернгардовским небом

Стрельнула,как птица, беда.

 

И разве не в августе снова,

В еще не отмененный год,

Осудят мычанием слово

И совесть отправят в расход?!

 

Но это потом, а покуда

Которую ночь - над Невой,

Уже не надеясь на чудо,

А только бы знать, что живой!

 

И в сумерки вписана четко,

Как вписана в нашу судьбу,

По-царски небрежная челка,

Прилипшая к мокрому лбу.

 

О, шелест финских сосен,

Награды за труды,

Но вновь приходит осень -

Пора твоей беды!

 

И август, и как будто

Все тоже, как тогда,

И врет мордастый Будда,

Что горе - не беда!

 

Но вьется, вьется челка

Колечками на лбу,

Уходит в ночь девчонка

Пытать твою судьбу.

 

Следят из окон постно

За нею сотни глаз,

А ей плевать, что поздно,

Что комендантский час!

 

По улице бессветной,

Под окрик патрулей,

Идет она бессмертной

Походкою твоей,

 

На праздник и на плаху

Идет она, как ты!

По Пряжке, через Прагу –

Искать свои "Кресты"!

 

И пусть судачат глупые соседи,

Пусть кто-то обругает не со зла,

Она домой вернется на рассвете

И никому ни слова - где была...

 

Но с мокрых пальцев облизнет чернила,

И скажет, примостившись в уголке:

"Прости, но мне бумаги не хватило,

Я на твоем пишу черновике..."

 

serednyak: (Default)

Навеяло вот этим

История о том, как Клим Петрович Коломийцев добивался, чтоб его цеху присвоили звание "Цеха коммунистического труда", и не добившись этого - запил

 

...Все смеются на бюро:

"Ты ж, как витязь -

И жилплощадь, и получка по-царски!"

Ну, а я им:

"Извините, подвиньтесь!

Я ж за правду хлопочу, не за цацки!

 

Как хотите - на доске ль, на бумаге ль,

Цельным цехом отмечайте, не лично.

Мы ж работаем на весь наш соцлагерь,

Мы ж продукцию даем на отлично!

 

И совсем мне,- говорю,- не до смеху,

Это чье ж,- говорю,- указанье,

Чтоб такому выдающемуся цеху

Не присваивать почетное званье?!"

 

А мне говорят,

(Все друзья говорят -

И Фрол, и Пахомов с Тонькою)

- "Никак,- говорят,- нельзя,- говорят -

Уж больно тут дело тонкое!"

 

А я говорю (матком говорю!),

Пойду, - говорю,- в обком,- говорю!

А в обкоме мне все то же:

- Не суйся!

Не долдонь, как пономарь, поминанье.

 

Ты ж партейный человек, а не зюзя,

Должен, все ж таки, иметь пониманье!

Мало, что ли, пресса ихняя треплет

Все, что делается в нашенском доме?

 

Скажешь - дремлет Пентагон?

Нет, не дремлет!

Он не дремлет, мать его, он на стреме!

Как завелся я тут с пол-оборота:

- Так и будем сачковать?!

Так и будем?!

 

Мы же в счет восьмидесятого года

Выдаем свою продукцию людям!

А мне говорят:

- Ты чего,- говорят,-

Орешь, как пастух на выпасе?!

Давай,- говорят,- молчи,- говорят,

Сиди,- говорят,- и не рыпайся!

А я говорю, в тоске говорю:

- Продолжим наш спор в Москве,- говорю!

 

...Проживаюсь я в Москве, как собака.

Отсылает референт к референту:

- Ты и прав,- говорят,- но, однако,

Не подходит это дело к моменту.

 

Ну, а вздумается вашему цеху,

Скажем - встать на юбилейную вахту?

Представляешь сам, какую оценку

Би-Би-Си дадут подобному факту?!

 

Ну, потом - про ордена, про жилплощадь,

А прощаясь, говорят на прощанье:

- Было б в мире положенье попроще,

Мы б охотно вам присвоили званье.

 

А так,- говорят,- ну, ты прав,- говорят,-

                И продукция ваша лучшая!

Но все ж,- говоря,- не  д р а п ,-

                               говорят,-

А проволока колючая!..

 

 

- Ну, что ж,- говорю,

- Отбой!- говорю.

- Пойду,- говорю,-

В запой,- говорю!

 

Взял - и запил.

 

serednyak: (Default)

   БЕССМЕРТНЫЙ КУЗЬМИН

  "Отечество нам Царское Село..."
                                    А. Пушкин

  "Эх, яблочко, куды котишься..."
                                     Песня

  Покатились всячины и разности,
  Поднялось неладное со дна!
  - Граждане, Отечество в опасности!
  Граждане, Отечество в опасности!
  Граждане, Гражданская война!

  Был май без края и конца,
  Жестокая весна!
  И младший брат, сбежав с крыльца,
  Сказал: "Моя вина!"

  У Царскосельского дворца
  Стояла тишина
  И тот, другой, сбежав с крыльца,
  Сказал, - "Моя вина!"

  И камнем в омут ледяной
  Упали те слова,
  На брата брат идет войной,
  Но шелестит над их виной
  Забвенья трын-трава!..

serednyak: (Default)
Все было пасмурно и серо.
И лес стоял, как неживой.
Лишь только гиря говномера
Качала молча головой.
Не все напрасно в этом мире,
(Хотя и грош ему цена!),
Покуда существуют гири
И виден уровень говна. *
 
В этом году исполняется 90 лет со дня рождения Александра Аркадьевича Галича.
Некогда опальный и запрещенный, сегодня Галич представлен множеством изданий. Коллекция «Весь Галич» выпущена на CD. И вот что примечательно: Галич вновь актуально звучит, как будто говорит о нашем времени.
 
Статья в NewTimes Николая Александрова.
 

Profile

serednyak: (Default)
serednyak

May 2017

S M T W T F S
 1 2 3 45 6
7 8910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 10:37 am
Powered by Dreamwidth Studios